Биофотон сканер<br />
<br />
<br />
<br />
<br />
Наркевич-Иодко Яков Оттонович<br />
<br />
(1848 — 1905)<br />
<br />
Белорусский естествоиспытатель в области медицины, изобретатель электрографии и беспроволочной передачи электрических сигналов и метода измерения влажности почвы, создатель метеорологической станции, «электрический человек», электротерапевт, электролог. <br />
<br />
«Многочисленные его труды, которые всесторонне освещают различные вопросы науки, имеют важное значение как сравнительно ценный вклад в копилку человеческих знаний...»<br />
"Виленский вестник" о Я. О. Наркевиче-Йодко<br />
<br />
Сармат - Якуб (Яков) - Сигизмунд (Жигимонт) Оттонович (Атонавіч) Наркевич (Наркевіч) – Иодко (Йодко, Ёдка) - родился 27 декабря 1847 г. в семье, принадлежащей к старинному шляхетскому роду Оттона Онуфриевича и Анели Яковлевны (Анны Эстко) Наркевичей-Иодко в имении Оттоново Игуменского уезда Минской губернии (ныне Узденский район Минской области). По другим данным он родился в имении матери в Турине Пуховичского района.<br />
Мать Анеля Яковлевна была дочерью соседнего землевладельца Якова Эстко. Небольшое имение с усадьбой в деревне Турин на полноводной Свислочи располагалось восточнее в сотне верст. Она высоко ценила потомственные родовые реликвии и гордилась своей принадлежностью к славному роду Костюшков, будучи внучкой старшей сестры Тадеуша Костюшко Анны. Она получила солидное всестороннее образование, имела возвышенный и даже утонченный артистический характер. Эти качества старалась передать сыну Якову.<br />
Над - Неманская природа, мягкие отзывчивые Над - Неманские люди, земля, к которой приобщился и род Наркевичей-Иодко, вдохновляли на творчество. В детстве к Якову были приставлены подготовленные учителя. Он рано усвоил французский язык, получил хорошую музыкальную подготовку.<br />
<br />
После поступления в 1861 г. в Минскую губернскую гимназию продолжал совершенствовать свои умения в музыкальном мастерстве, начал писать собственные произведения. В 1865 г., после окончания гимназии со степенью бакалавра наук, он отправился в настоящее европейское турне по лучшим домам континента, где неизменно имел восторженный прием. Говорят, Я. Наркевич-Иодко имел похвальные отзывы о своей игре даже от некоторых европейских королевских особ. Став позже владельцем имения, он на усадебной башне установил “музыкальную машину” - своеобразную “эолову арфу”. От ветра арфа издавала разные гармонические звуки - от очень тихих таинственно-тревожных до очень громких. А в июне 1888 г. при приеме в Минском дворянском собрании великого князя Владимира в честь высоких гостей Яков Иодко дирижировал на хорах городским оркестром при исполнении марша собственного сочинения. Позже хозяин почти ежегодно приглашал летом в “Над-Неман” военных оркестрантов из Минска, и под его управлением по вечерам над низинами неслась чарующая музыка.<br />
Молодой Яков хорошо разбирался в обретениях отечественной и европейской культуры. Он стал одним из наиболее образованных помещиков Минской губернии.<br />
Не было ему недостатка в признании и в Российской империи. В 1868 г. его принимают на службу в Московское дворянское собрание, и одновременно с этим он преподает курс теории музыки в женском Мариинском училище (и это в 21 год!). Казалось, судьба Якова Наркевича-Иодко была, если можно так выразиться, предопределена. Но по-настоящему одаренная натура не всегда развивается столь прямолинейно! Еще в гимназические годы Я. Наркевич-Иодко испытывал глубокий интерес не только к музыке, но и к естественным наукам - физике, биологии, медицине. <br />
<br />
Ради исполнения своей мечты он бросил солидную должность и уехал за границу - получать недостающее образование. Есть сведения, что он учился в Институте медицины во Флоренции, на медицинском факультете в Сорбонне, а также в учебных заведениях Австрии, в Вене, Париже. На его пути то и дело возникали большие и трагические трудности… Вначале заболел его отец Оттон Наркевич-Иодко. Он уже не мог в полную силу заниматься родовыми имениями и доходы от них сильно упали. Младшая сестра Якова Анеля, которой было лишь немногим больше 20 лет, также была серьезно больна. Родители и брат как могли старались помочь ей – самые лучшие врачи, лучшие заграничные курорты были к ее услугам. Но, к несчастью, ничего не помогло. 30 июня 1875 г., в 25 лет, Анеля Козелл, урожденная Наркевич-Иодко скончалась во время лечения в Италии. Скорее всего, у девушки был туберкулез…<br />
Эта трагедия сыграла свою роль в судьбе Якуба Наркевича-Иодко. Отныне и навсегда в своей научной деятельности он уделял большое внимание медицине, делая особый акцент на способах диагностики и лечения «слабогрудых» (туберкулезных) больных. <br />
Возвратившись из-за границы, Яков Наркевич-Иодко нашел хозяйство в упадке. Поэтому на семейном совете было принято решение передать наследнику в пользование земли левобережного Немана, объединенные фольварком Оттоново, в пяти верстах южнее “Над-Немана” (ныне - Синечево). <br />
В его жизни в этот период было и радостное событие. В 1872 г. он женился на дочери владельца небольшого имения на Случчине - селения Мохорты Елене Песляк. Девушке пусть и не знатного рода, зато ставшей ему верной спутницей до конца земных дней. С ней он прожил в согласии 33 года. Семья была пополнена пятью детьми: тремя сыновьями - Адамом, Конрадом, Томашем и двумя дочерьми - Геленой и Марией. Молодая семья поселилась в Оттоново.<br />
Из Оттоново Якуб Наркевич-Иодко руководил фактически всеми владениями своей семьи, составлявшими 4,5 тыс. десятин. Молодой хозяин занялся укреплением своего хозяйства по европейскому образцу. Он пришел к выводу, что традиционные формы ведения хозяйствования, которым следовала основная часть землевладельев в крае, либо безнадежно устарела, либо изначально была неэффективной. Поэтому ему хотелось перестроить свое имение по тем образцам, которые он во множестве видел в Европе. Яков заложил в Оттоново воловью ферму, <br />
<br />
закупил для выращивания бычков. В короткое время хозяйство получило в достатке тягловую силу, мясо для текущих нужд и на продажу, а кроме того - навоз. Для его приготовления он специально скупал у местных крестьян солому. Появился первый доход, который давал возможность укрепить экономику имения, а ему самому заняться в полной мере главным делом жизни - наукой. С этого времени, а именно с 1872 г., он вел отсчет своей научной деятельности.<br />
<br />
Научную деятельность он начал с создания в своем родовом имении Над - Неман ряда исследовательских лабораторий, метеостанции и добился включения ее в сеть станций Главной физической обсерватории Санкт-Петербургской Академии наук. На метеостанции он проводил работы по программе Метеорологической комиссии Русского географического общества. Результаты этих работ представлены в отчетах Метеорологической комиссии. В 1889 г. на одном из заседаний этой комиссии Я. Наркевич-Иодко предложил способ определения скорости движения облаков и продемонстрировал прибор, - использованный для этой цели. Для систематических измерений влажности почвы им был сконструирован так называемый лизиметр. На VIII съезде русских естествоиспытателей и врачей (1890 г.), выступая на секции агрономии, он демонстрировал фотографии разрезов почвы, сделанных при наблюдениях на различных глубинах. За труды в области метеорологии награжден серебряной медалью Русского географического общества в 1891г., в 1890 г. - орденом Святой Анны II степени, а в 1901 г. на юбилейной сельскохозяйственной выставке в Минске - бронзовой медалью, имел чин статского советника.<br />
Исследовательские лаборатории имели хорошее оборудование, что давало возможность проводить научные исследования на самом современном уровне, результаты которых признавались не только в России, но и за рубежом. Многие различные приборы и приспособления, необходимые для научной работы, он изготавливал сам. <br />
В эти годы Яков Оттонович тесно сблизился с Санкт-Петербургским обществом сельских хозяев и его председателем, заведующим кафедрой сельского хозяйства Санкт-Петербургского университета, в прошлом заведующим кафедрой Горы-Горецкого земледельческого института А.Н. Советовым, ученым-почвоведом В.В. Докучаевым, получил через них известность в научных кругах Петербурга. В собраниях Санкт-Петербургского общества сельских хозяев ученый прочел свои знаменитые доклады.<br />
В имении была великолепная библиотека. После Октябрьской революции оборудование из лаборатории Я. Наркевича-Иодки было передано минским научным организациям, а наиболее ценные книги - Минскому обществу врачей.<br />
Почти все годы параллельно научным исследованиям он занимался медицинской практикой и достиг больших успехов. Яков Иодко начал лечить людей и животных с помощью вакцин и сывороток; организовал санаторий, используя для лечения электроток (электротерапия), кумыс, гимнастику, местные минеральные воды. Его приглашали для лечения больных в Париж и другие европейские города.<br />
<br />
Охотиться Я. Наркевич-Иодко не любил, да и времени у него на это не было. Поэтому у него не было потребности в масштабных конных выездах и, соответственно, в столь огромных конюшнях. Тогда он решил использовать их по-своему. Из Башкирии им был выписан табун местной породы лошадей, да не один, а с местными конюхами! Эти лошади были нужны ему для производства кумыса, который в имении стали готовить просто в промышленных масштабах. За одно лето в Над-Немане продавалось 3 тысячи бутылок кумыса, а еще 2 тысячи по указанию Я. Наркевича-Иодко бесплатно раздавались местным крестьянам прямо из окна въездной брамы.<br />
На основе кумыса был создан и другой интересный проект Якуба Наркевича-Иодко – санаторий «Над-Неман». Это лечебное заведение было создано в нескольких километрах от имения в светлом сосновом бору на основе научных изысканий ученого-шляхтича и предназначался для лечения парализованных и нервнобольных. О его деятельности можно получить наглядное представление из рекламного объявления того времени.<br />
Комплекс лечебных процедур включал в себя, кроме свето-, кумысолечения, гимнастики, минеральных вод, воздушных и водных ванн из железистых источников, обнаруженных на территории имения, еще и электромассаж - воздействие индукционными токами на определенные нервные узлы. С помощью этого комплекса излечивались параличи и «застарелые ревматизмы». Для лечебных целей Я. Наркевич-Иодко перестроил даже собственную оранжерею. На одной стороне были проделаны сплошные, от пола до потолка, окна, наклоненные под углом для большего «захвата» солнечных лучей – и получилась процедурная для приема солнечных ванн. Этот солярий был разделен на 3 части, поэтому одновременно загорать там могло столько же человек. Якуб Наркевич-Иодко лечил и на благотворительной основе больных из числа местных жителей. А чтобы медицинская помощь всегда была у них под рукой, он открыл в местечке Песочном аптеку.<br />
Электрокультивация почвы, уйма громоотводов, специально построенная метеостанция, сведениями которой пользовались даже метеорологи из Петербурга, породистый скот - все способствовало процветанию имения. Его владельца приглашали не только на заседания научных обществ Парижа, Вены, Петербурга, членом которых он состоял, но и в разные попечительские советы. Пан Якуб возглавлял Слуцкое «человеколюбивое общество», Узденское вольно-пожарное общество, был попечителем Ивановского девичьего училища в Петербурге.<br />
<br />
Определяющим для Я. Наркевича-Иодко стало изучение свойств атмосферного электричества и его воздействия на живой мир. Научная компетенция ученого в этой области не знала равных. Благодаря ей, он получил титулы “электрического человека”, электротерапевта, электролога, электрографа...<br />
Я. Наркевич-Иодко неоднократно выезжал за рубеж с научными докладами, был почетным членом Виленского медицинского общества, членом многих европейских и российских обществ, стал профессором электрографии и магнетизма.<br />
Он - основатель "фотографирования без объектива" различных предметов живой и неживой природы на основе применения токов высокой частоты, основатель электротерапии по «системе Иодко». Разработанный метод электротерапии был основан на локализации электрического воздействия определенной величины с использованием электродов различной формы и первоначально опробован в Институте физиологии в Риме под названием «Система Иодко». <br />
<br />
Яков Оттонович, поверив крестьянину, видевшему невооруженным глазом разноцветные блики вокруг людей, изобрел очень простое электрическое устройство, позволившее запечатлеть это свечение на фотопластинке. Светился только что сорванный с ветки листок, медленно теряя сияние по мере угасания. Приятным ровным светом лучилась рука поместного церковнослужителя после молебна, но почему-то светлый круг разрывался и угасал после малейшей ссоры. Яркими искрами вымащивалась дорожка от руки юноши к руке его невесты, и совершенно менялось свечение у заболевшего человека: появлялись темные точки, пятна, сужалось и превращалось в рваные куски некогда ровное поле. Снимки эти публиковались в русских и зарубежных научных журналах, порождая много вопросов и сомнений, но в 1882 г. это открытие признали, а свой способ фотографирования Я. Наркевич-Иодко назвал электрографией.<br />
Ученый придерживался строго научных взглядов на природу формирующихся картин: "Человеческий организм постоянно вырабатывает электричество в нервных тканях и представляет собою своеобразную электрическую батарею, постоянно обменивающуюся зарядами с окружающим пространством". 1882 г. стал для ученого годом признания его открытия.<br />
Еще в 1890 г. с помощью мачты из металлического провода высотой <br />
<br />
27 метров, комнатного цветка, выполняющего роль детектора и телефонов, впервые в мире принимал электромагнитные излучения грозовых разрядов. В 1891-1892 гг. он проводил опыты «в области передачи звуковых и световых явлений на расстояние при участии человеческого организма», с успехом демонстрировал возможность регистрации с помощью телефона искусственно создаваемых электрических разрядов. <br />
Общепризнанным изобретателем радио считают итальянского инженера Гульельмо Маркони, создавшего в 1895 г. первый радиоприемник. В США доказывают, что радио изобрел Никола Тесла, запатентовавший в 1893 г. радиопередатчик, а в 1895 г. - радиоприемник. Приоритет его перед Маркони был признан в судебном порядке в 1943 г. В Индии первую радиопередачу в миллиметровом диапазоне в ноябре 1894 г. провел Джагадиш Чандра Боше. Англия гордится Оливером Джозефом Лоджем, который в 1894 г. продемонстрировал радиопередачу и радиоприем на расстояние 40 метров. В России изобретателем радио называют Александра Попова, который 7 мая 1895 г. повторил опыты Лоджа, используя слегка усовершенствованный прибор англичанина.<br />
А вот что записано в протоколе заседания Французского физического общества за декабрь 1898 г.: «Лоджу принадлежит первая идея телеграфии без проводов, если мы не пожелаем дойти до Наркевича-Иодки, который двумя-тремя годами раньше выполнил в Вене очень интересные передачи с катушкой Румкорфа, соединенной с землей, антенной и приемником, образованным из антенны и телефона, также заземленного …». Выходит, что наш земляк провел первые радиоопыты в 1891 - 1892 гг. - раньше остальных изобретателей.<br />
<br />
Согласно протоколу заседания Русского физико-химического общества при Петербургском университете от 12 февраля 1891 г. Я. Наркевич-Иодко продемонстрировал свои опыты по передаче звука “с полным успехом”. А в июне 1892 г. повторил их в Праге - “при участии человеческого организма”. В 1896 г. Я. Наркевич-Иодко продемонстрировал минской публике похожий на волшебство опыт. Разместил на расстоянии от катушки Румкорфа комнатный цветок в горшке, ветку которого соединил проволокой с телефонной трубкой. И та - воистину чудеса - отчетливо передала звуки, производимые спиралью. Про сенсацию тут же сообщила своим читателям газета “Минский листок” в 168-м номере. <br />
Очевиден приоритет Я. Наркевича-Иодко в области приема электромагнитных волн, создаваемых грозовыми разрядами, применения телефонов в качестве устройства приемника и слухового приема сигналов, переносимых электромагнитными волнами, использования антенны и заземления для приема электромагнитных волн, первых опытов по передаче электрических сигналов без проводов. <br />
<br />
Я. Наркевич-Иодко занимался исследованием воздействия полей диапазона СВЧ на биоткань, за что в 1900 г. на международном конгрессе ему было присвоено звание профессора электрографии и магнетизма, а по представлению президента Академии наук он был награжден орденом Святой Анны второй степени. Кроме этого он занимался исследованием приемо-передатчиков, подобных тем, которые создал А.С. Попов. Он осуществил фиксацию грозовых разрядов несколько модифицированным приемником и случайно открыл детектирующие свойства биоткани. <br />
<br />
За научные достижения Я. О. Наркевич-Иодко был удостоен многих наград, званий и дипломов. Ему была присвоена степень доктора Венского медицинского общества, он был избран почетным членом физико-математического общества Галилея во Флоренции. Французское электротерапевтическое общество при Парижской Академии наук также присудило ему звание почетного члена. Своим членом-корреспондентом избрали его медицинское и астрономическое общества Франции. Высоко ценили его научные заслуги многие отечественные ученые: Д. И. Менделеев, В. В. Докучаев, А. И. Воейков, А. В. Советов, И. И. Боргман и др.<br />
В 1905 г., несмотря на запрет врачей, он отправился в очередную поездку в Италию и Австрию. Здоровье его во время путешествия резко ухудшилось и 6 (19) февраля Я. О. Наркевича-Иодки не стало. Тело умершего было перевезено в Над - Неман и захоронено на семейном кладбище. В последний путь Наркевича-Иодко, одного из ярких представителей ученых-естествоиспытателей Беларуси XIX века, провожали толпы местных жителей. И вряд ли кто тогда предполагал, что идеям и открытиям нашего земляка суждена долгая жизнь. Недавно на захоронении появилась мемориальная доска в честь рода Наркевичей. <br />
Летом 2002 г. была выполнена реставрация памятника истории и культуры Минщины - "панских могилок" - фамильного родового кладбища Наркевича-Иодко под усадьбой "Над-Неман" и установлен памятный знак-валун во имя Якова Наркевича-Иодко.
